История Петербурга

Слоновые дворы в Петербурге

Первый слон — подарок персидского шаха Петру I — прибыл в Петербург в 1714 г. А

Петербург еще только-только зарождался, а ему уже дарили подарки. Точнее – его основателю, Петру Первому. 295 лет назад персидский шах преподнес в дар императору всероссийскому ценный и необычный подарок — слона. Животное на паруснике доставили в Астрахань, а оттуда слон прошел до через всю Россию до самого Петербурга. А для того, чтобы слон не повредил ноги за такой длительный переход, для него сшили специальные шлепанцы соответствующего размера. По слухам, это были специальные кожаные башмаки, требовавшие постоянного ремонта и тем самым обогатившие его проводников. Люди на Руси никогда не видившие слона, выходили на дорогу с хлебом-солью чествовать диковинное животное.

Слона с большим трудом доставили в Санкт-Петербург.Он жил на Зверовом дворе у Почтамта (ныне здесь Мраморный дворец у Марсова поля). Слона, посланного из Персии в Петербург, сопровождали два «зверовщика» и «слоновой учитель». Жили «слоновые мастера» — персы в построенных для них домах. Место, где они жили, получило название «Караван-Сарай» (отсюда происходит название Караванной улицы). «Слоновой учитель» Асатий обеспечивал слону лечение и «гигиенические прогулки». Это было делом непростым.

Когда слона водили по Першпективной улице (Невскому пр.) посмотреть на него собиралось много народу, особенно солдат лейб-гвардии. Нередко зрители вели себя непристойно, смеялись над персами, кидались в них камнями и палками. В результате появился приказ городских властей

«О объявлении обывателям с подпискою о неучинении помешательства слоновщику в провожании слона».

По данным М. И. Пыляева, в год на корм слона отпускалось 1500 пудов тростника, 136 пудов 35 фунтов пшена, 365 пудов муки, 27 пудов 36 фунтов сахара, около 7 фунтов корицы, кардамона, гвоздики, мускатных орехов, 45 пудов соли, а также… 40 ведер виноградного вина и 60 ведер водки.

Читать еще:  Невский проспект

В апреле того же 1714 года на берегу Невы напротив Троицкой пристани (рядом с нынешним Троицким мостом) сооружается «Зверовый двор», ставший пристанищем для первого слона, прожившего здесь три года (запись о его смерти 23 мая 1717 года внесена в «повседневные записки» первого генерал-губернатора Петербурга светлейшего князя А. Д. Меньшикова. Если верить Веберу, слон помер из-за того, что «в специально построенном для него доме слишком сильно топили и воздух сделался угарным»). Со смертью первого слона «Зверовой двор», кстати сказать, не пустовал: его обитателями были львы (привезенные в 1719 году), леопард, дикобраз, обезьяны, белые и бурые медведи.

Второй слон, также подаренный персидским шахом, появился в Петербурге в 1723 году; для его перевозки морем пришлось строить специальное судно.

В 1736 году в Петербург от персидского шаха Надира прибыл третий слон, а еще через пять лет — в дар Ивану VI от хана Самаса Кули — к нему довезли еще 14 сородичей. Это потребовало строительства специального «Слонового двора» на Фонтанке, а также сооружения площади для выгула животных со спуском к Фонтанке. Прилегающая к «Слоновому двору» улица получила название «Слоновой». Осенью того же года возник скандальный переполох: по сообщению «Санкт-Петербургских ведомостей», во время одной из прогулок слоны, «осердясь между собою о самках начали буйствовать», трое из них при этом вырвались в город; двоих скоро поймали, а третий «пошел через сад, изломал деревянную изгородь и прошел на Васильевский остров», где, по словам газеты, «изломал чухонскую деревню»

Историк Петербурга краевед Михаил Иванович Пыляев пишет: «В конце сентября 1741 года прибыло в Петербург от персидского шаха Надира многочисленное посольство с богатыми дарами для двора; в числе подарков приведено 14 слонов, которые 9-го октября и помещены во вновь выстроенных амбарах».

Читать еще:  Адмиралтейская сторона

Молва принесла весть, что слоны огромны и многопудны. А маршировать тем мастодонтам предстояло по Невскому. А мост-то Аничков через Фонтанку в ту пору больно еще захудал был – неказист да еще очень узок. Этот мост появился одним из первых. И вот когда Петербург готовился встречать посольство персидского шаха Надира. Прилетела весть, что среди многочисленных ценных подарков будут еще и слоны. О слонах тогда знали петербуржцы главным образом то, что они очень большие и очень тяжелые. Обеспокоенный весом таких гигантов, столярных дел мастер фон Болес докладывал в Канцелярию от строений, что Аничков мост находится в немалой ветхости, доски настила на нем насквозь пробиваются и надобно мост чинить, дабы в том было без опасности, и слонам не могло быть какого повреждения. Мост отремонтировали, расширили. Слоны благополучно перебрались через Фонтанку и были помещены в специальный, уже второй слоновник (сейчас это гостиница «Октябрьская» на площади Восстания).У Слонового двора устроили площадь, также названную Слоновой. Построили спуск к Фонтанке «для лучшей способности всем слонам ради купанья».

В 1744 г. Слоновый двор был переведен на угол Невского проспекта и Литовского канала (напротив нынешнего Московского вокзала). Нынешний Суворовский проспект куда и выводили гулять слонов, проспект в то время Слоновый.

Со временем в Петербурге появилось слово «слоняться», то есть болтаться без дела, глазея по сторонам. А сюжет о прогулке слона использовал в своей знаменитой басне И. А. Крылов «Слон и Моська»:

(«По улицам Слона водили,
Как видно, напоказ.
Известно, что Слоны в диковинку у нас,
Так за Слоном толпы зевак ходили….»).